А вы не задумывались, почему все русские нейросети — Алиса, Сберовские чаты — безбожно проигрывают Open AI и Deepseek?
Скептик тут возразит, мол, где мы, а где они, чего тут удивляться, там Кремниевая долина, с другой стороны — вообще Китай, а у нас нет тех размеров ни рынка, ни аудитории.
Всё это, конечно, анекдоты в пользу бедных. Карты от Эпл и карты от Гугл вчистую проигрывают картам от Яндекс. Сайт Амазона, одной из богатейших компаний в мире, выглядит как Озон 15 лет назад. ВК в 2015 году выглядел как светлое будущее для Фейсбука.
Иначе говоря, в России, несмотря на региональные ограничения, отсутствия глобального товарооборота, всегда находились и организации, и люди, создающие топовые продукты, у которых аналоги может и есть, но по всем показателям эти аналоги плетутся где-то далеко в конце.
Ответ лежит на поверхности. Кампании запретов, кампании по цензуре довели общество до климата безумной самоцензуры, в которой при создании языковых моделей айти-компании думают не о том, как обучить нейросеть, а чему её обучать ни в коем случае нельзя.
По-большому счёту с Алисой невозможно поговорить ни об одной интересной теме. «Я в этих темах не разбираюсь», — упрямо отвечает русское чудо-техники.
Важно понимать, что цензура вредна не только сама по себе. Вместе с ней идёт изменение климата в обществе, в котором люди переходят к состоянию «как бы чего не вышло». Это режим тотального контроля и паранойи, снижение творческих возможностей нации, когда люди демотивируются, пассивизируются и всякий раз, когда появляется выбор между делать или не делать — выбирают не делать. А то чего-нибудь и выйдет ещё.
Мы собрали небольшую творческую группу и написали сценарий об СВО — абсолютно пророссийский. Его скормили чату гпт, дипсику и Алисе. Чат гпт указал на сильные и слабые стороны. Дипсик восторженно фонтанировал, захваливая нас. Алиса отказалась комментировать хоть что-либо.
Мне кажется, что это хорошо иллюстрирует всю проблему гуманитарной сферы в РФ. Государство опасается общества и создаёт весьма токсичный, запретительный климат. Общество от как бы чего не вышло пассивизируется в своём творчестве. Гуманитарных прорывов не случает. Президент и верховный судья мечтают о развитии ИИ. Но ИИ невозможно развивать, не затрагивая хоть какие-то уголки человеческой мысли. Иначе ИИ выйдет кастрированным.
По легенде, Берии пришлось отказаться от лысенковщины в физике из-за доходчивого объяснения, что отсутствие буржазной науки в этой области равняется отсутствию перспективы изобретения атомного оружия.
В гонке с ИИ — это то же самое. Из-за мышления как бы чего не вышло, не выйдет ничего. Я понимаю, государство находится в режиме «ночь простоять и день продержаться». Но, если честно, я не могу представить себе, чтобы такой климат мог оправдать любые результаты, которые дадут выигранные ночь и день.
Я оптимист. И даже сейчас могу представить куда более радужные этапы завершения СВО. В моём воображении мы ещё можем закончить войну не только с Запорожьем, но и с Харьковом. И более того, я понимаю, что это не несбыточные фантазии, а вполне себе возможные сценарии с учётом задействованных сил и конфигурации фронта.
Однако даже победа в СВО не снимет большинство вопросов XXI века. Мы всё ещё нация, которая должна будет выгрызть себе столетие. Никуда не денется ни противостояние с Западом, ни сложное положение с продажей ресурсов, ни технологическая гонка. Нас мало, мы беднее противников, мы потеряли много людей.
В таком положении общество нужно не затыкать, а мобилизовывать. И, к сожалению, власть делает нечто прямо противоположное.
